Митрополит Вениамин: «Полная свобода человека неминуемо сочетается с грехом, и от этого рождается новый грех»

Митрополит Минский и Заславский Вениамин, Патриарший Экзарх всея Беларуси дал интервью программе «Неделя» на СТВ. Предстоятель Белорусской Православной Церкви рассказал о тех переменах, которые Православная вера совершила с князем Владимиром – крестителем Руси, предложениях, которые внесла Церковь в проект обновленной Конституции, возможности для священников вести педагогическую деятельность в школах и ответил также на другие вопросы.

Евгений Пустовой, политический обозреватель:
Мы интервью записываем в День Крещения Руси. Равноапостольный Владимир сделал цивилизационный сакральный выбор. И этот выбор нам постоянно приходится подтверждать. Насколько это отразилось на нашей истории, что мы стали с Византией в одну сторону?

Вениамин, митрополит Минский и Заславский, Патриарший экзарх всея Беларуси:
Даже на примере князя Владимира видно, чем был его выбор для Руси. Вот князь Владимир – язычник, соответствующие его дела. И, как говорит Апостол Павел, о некоторых даже не подобает христианам и говорить. С другой стороны, вот князь-христианин, принявший крещение. И принявший его не формально, а искренне, всей душой. Уже именуется князем Красным Солнышком. Он стал делать новые дела, которые раньше были немыслимы для его окружения. Это дела милосердия, сострадания людям, умения прощать. Все это говорит о той перемене, которая произошла в князе Владимире. Причем внутренняя перемена. И она сказалась на укладе всего княжества.

Евгений Пустовой:
Церковь с точки зрения мирской суеты – это оплот нравственности и традиций. А в Европе глобалистские элиты поэтому, может быть, и охотятся на разные религии, разные конфессии, чтобы выбить почву у своего секулярного общества. Белорусская православная церковь, Московского патриархата, Русская церковь. Мы тоже под прицелом?

Вениамин:
Современное общество, европейское общество порой ориентируется на практические моменты жизни. И вера, религия являются как бы препятствием на пути к этому прогрессу. Полная свобода человека неминуемо сочетается с грехом, и от этого рождается новый грех.

Евгений Пустовой:
Может быть, необходимо конституционно закрепить наше мировоззрение, взгляды? Как Церковь принимала участие в конституционной реформе?

Вениамин:
С нашей стороны были высказаны предложения по семейной тематике, они нашли отклик, но не все. И это тоже предмет нашего огорчения. Также мы со своей стороны старались обозначить необходимость, чтобы на уровне законодательства звучала мысль о том, что каждый человек, семья и общество заботятся о духовно-нравственном развитии человека. Нам крайне необходимо, чтобы забота о духовно-нравственном развитии человека была заложена в Основном законе нашей страны. На это положение будет опираться и система образования, и Министерство культуры, и Министерство информации, и другие. Это будет ставиться если не во главу угла, то на одной из передовых позиций. Исходя из этого и будет развиваться наше общество и воспитываться подрастающее поколение.

Евгений Пустовой:
Николай Сербский говорил, что раньше люди мало знали, но все понимали. А сейчас люди много знают, но ничего не понимают. Может быть, я слишком буду резок, но неужели духовенство не понимает, откуда растут рога у белорусского протеста? Это не мешало некоторым священникам делать какие-то политические заявления.

Вениамин:
То, что происходило, сложно было однозначно оценить, осмыслить. И сейчас ведь не все так легко и спокойно можно разложить по полочкам. Есть очень сложные моменты, поэтому невозможно было избежать ошибок никому. Даже в самом добром деле человеческом всегда примешивается какая-то злая составляющая. И важно, чтобы мы концентрировали свое внимание не на плохом и это усиливали, а на том добром, что есть у каждого из нас. И давали возможность этому развиваться. А злое пусть, как хорошее растение заглушают сорняки, пусть оно заглушает то плохое, что присутствует в нашей жизни.

Евгений Пустовой:
Церковь пытаются и сейчас втянуть в политику. Некоторые мигранты, допустим, торгуются за Томос для Беларуси. Многие религиоведы утверждают, что Фанар сейчас стал филиалом Госдепа. И Томос раздают как ярлык какой-то. Актуальна ли эта проблема для Беларуси и как на эти новости реагировать обычным прихожанам в православные храмы?

Вениамин:
Этот вопрос неактуален, и вообще это что-то такое наносное, придуманное, искусственное. Думается, что так и надо относиться и ничего особо не предпринимать, кроме как молитвы о том, чтобы Господь хранил нашу Беларусь, и заботы о том, чтобы все-таки единение вокруг Христа помогло нам преодолеть разделение испытаниями, которые возникли в нашем обществе. А вместе с тем не допустить разделения по линии церковной.

Евгений Пустовой:
Сейчас появился новый тренд, что священники помимо службы в храме еще занимаются любимым делом и пополняют семейный бюджет. Потому что православные батюшки в основном многодетные, а детей надо кормить. Остро проблема стоит в сельской местности. Может быть, как-то на законодательном уровне сделать так, чтобы священники могли преподавать, учить детей в школах? Это и дефицит учительских кадров на селе будет решаться. Плюс это дополнительный заработок и воспитание подрастающего покорения. Потому что, я думаю, православные священники плохому школьников не научат.

Вениамин:
Сейчас мы совместно с Министерством образования рассматриваем возможность и перспективы получения нашими священнослужителями или выпускниками духовных школ дополнительного образования педагогического или же прохождения курсов соответствующих, что дало бы такую возможность. И, в принципе, это действительно один из возможных вариантов. Но ведь не каждый может быть педагогом. И должно быть призвание, так как и к богослужению. Поэтому к этому вопросу надо подходить очень вдумчиво, взвешенно. Но это вполне возможно.

Евгений Пустовой:
Вас знают все, как аскета, а теперь вы явили себя как Митрополит. Расскажите о себе. Ваши увлечения, может, любимое блюдо какое-то есть, чем-то еще интересуетесь и где вы сейчас живете?

Вениамин:
Я живу в Минском епархиальном управлении. На том же этаже, где Владыка Митрополит Филарет жил в других комнатах, кельях. В принципе, здесь удобно, и рабочий кабинет на первом этаже, и все, что необходимо для работы.

Евгений Пустовой:
То есть резиденцию вам специальную не построили?

Вениамин:
Не построили, и сейчас нет такой необходимости. Хотя важно, конечно, и процесс начат еще при Владыке Митрополите Павле – строительство нового духовно-просветительского центра Минской экзархии, органа управления Белорусской православной церкви. И наших синодальных отделов, которые руководят и работой с молодежью, и социальной сферой, миссионерской. Система взаимодействия, система образования, и по многим другим позициям у нас около 20 различных направлений таких. И каждое из этих направлений, конечно, нуждается в заботе, внимании со стороны руководства Церкви. Достойные должны быть и помещения. Строительство этого центра в планах, хотя, конечно, сейчас это непросто. А Митрополиту вполне достаточно того, что есть.

Евгений Пустовой:
Есть любимое блюдо, любимая книга, может быть? Чем-то увлекаетесь?

Вениамин:
Люблю фрукты, ягоды люблю. Что касается книг – книги больше духовного содержания читаю, творения святых отцов, жития. Причем жития порой в новом, современном таком изложении.

Евгений Пустовой:
Я знаю, что православная церковь относится слишком настороженно к снам, к сновидениям. А вам малая родина ваша, Полесье, не снится?

Вениамин:
Нет, не снится. Вообще, считается хорошим признаком, когда человек спит и никаких снов не видит.

Евгений Пустовой:
Вы не видите?

Вениамин:
Иногда вижу, но не увлекаюсь этим.

Телеканал СТВ


Return to Top ▲Return to Top ▲